Карта сайта
27 марта 2013, 15:16

Медведев открыл работу «Гражданского университета»

ФОТО: ИТАР-ТАСС
ФОТО: ИТАР-ТАСС
Стенограмма первой лекции в рамках проекта

Председатель партии «Единая Россия», председатель правительства РФ Дмитрий Медведев в среду, 27 марта, принял участие в открытии проекта «Гражданский университет». ER.RU представляет стенограмму выступления:

«Добрый день всем, кто нас слышит, кто видит! Я не скрою, действительно с большой симпатией воспринял идею открыть наш Гражданский университет, прочитать в нём такую даже не лекцию, а просто сказать какие-то вводные слова, потому что лекции, я уверен, здесь будут гораздо, может быть, более интересные, чем мои вступительные слова. Будут выступать разные люди, специалисты, известные политики, учёные, эксперты. Но как председатель партии я, конечно, тоже обязан сегодня для начала работы определённые вещи сформулировать. У нас в зале собралось около 200 членов партии «Единая Россия», но благодаря современным технологиям нас сейчас наблюдают около 4 тыс. человек, которые присоединились практически из всех регионов нашей большой страны. Ещё раз всем добрый день! Ещё раз спасибо за то, что вы вместе с нами.

Коммуникация, обмен знаниями, информацией – это, по сути, ткань сегодняшней жизни, ключевая составляющая любого образования. Для того чтобы отвечать на самые разные вызовы, для того чтобы быть готовым к решению самых разных проблем, нужно учитывать огромное количество факторов, поэтому нашу эпоху очень часто называют эпохой непрерывного образования. Это действительно так. Все мы учимся, учимся всю жизнь, и тот, кто наиболее быстро схватывает новые знания, как правило, имеет преимущества для достижения своих целей. И конечно, для того чтобы стать лидером, нужно быть в гуще событий, причём неважно где вы работаете – в экономике, в социальной сфере, занимаетесь сельским хозяйством, стоите у станка или занимаетесь политикой, что на самом деле тоже не предосудительно. Это не позорная деятельность, а вообще-то полезная для страны.

Во многих странах очень неплохо себя зарекомендовала практика повышения квалификации в партийных структурах. Это не мы когда-то были первыми, хотя система партийной учёбы действительно была у нас хорошо развита в советский период. Это появилось гораздо раньше, в тот период, когда вообще партии начали развиваться, и эта система существует далеко не только у нас. Я недавно, кстати, обсуждал систему такого рода партийной учёбы с Генеральным секретарём Компартии Китая Си Цзиньпинем, когда он приезжал уже в роли Председателя Китайской Народной Республики. И было интересно услышать, как у них эта система выглядит с учётом их опыта. Он, конечно, китайский, у нас свой, но в любом случае задача иметь хорошее партийное образование - это задача, которая стоит перед любой крупной партией, которая находится у власти или хочет эту власть получить. Думаю, что у нашего с вами партийного проекта хороший потенциал, и он будет работать, этот партийный проект, не только на нашу партию, а, по сути, на всю страну именно потому, что сегодня мы отвечаем за текущую ситуацию в стране.

Принципиально важно, что проект опирается на инициативу региональных отделений партии. Откровенно говоря, он оттуда и пошёл, когда мы начинали эту тему обсуждать, наверное, месяцев восемь-девять назад это было. Это идея была снизу, что называется, потому что когда я встречался с коллегами по партии, мои товарищи из руководства говорили, что все хотят, чтобы такая система была создана. Надо признаться, что мы её долго создавали, можно было быстрее это сделать. Сейчас она начинает работать. В любом случае во многих субъектах уже действуют партийные школы. Их разработки можно было бы систематизировать в рамках нашей работы по «Гражданскому университету». А подобные школы и их филиалы создать в большинстве регионов нашей страны.

Одной из форм обучения, как я уже сказал в начале, будет ежемесячная открытая лекция для представителей всех регионов. С такой же лекцией будут выступать интересные люди. Я считаю, кстати, что мы как открытая партия, которая готова с кем угодно и как угодно конкурировать, вполне можем звать на подобного рода мероприятия и людей, которые не в полной мере разделяют наши идеологемы, которые не являются членами партии или даже симпатизирующими партии. Конечно, это не должно быть предоставление трибуны другой партии, которая будет агитировать против «Единой России» – это было бы, наверное, контрпродуктивно. Но если это будут люди, которые на самом деле будут критиковать партию за какие-то ошибки, за упущения, за отсутствие активности по тем или иным вопросам, мне кажется, это будет только на пользу.

Сегодня мы обо всём об этом поговорим. Потом, после окончания моего вступительного слова – оно будет умеренно долгим, я постараюсь, конечно, сильно не затягивать, но всё-таки ещё кое-что скажу, – ещё немножко пообщаемся в режиме интерактива такого.

Что я хотел бы сказать ещё раз, находясь здесь? Я напомню, что «Единая Россия» пока не проигрывала ни одной значимой предвыборной баталии. Я хотел бы, чтобы об этом помнили все члены партии. Это очень важно – чтобы не гордость какая-то нас распирала, но тем не менее – ощущение значимости того, что уже было сделано.

В октябре 2012 года наша партия ещё раз доказала своё право называться партией большинства: более 82% мандатов выиграли наши кандидаты на выборах в законодательные собрания субъектов и более 65% – на выборах в местные структуры. Это, конечно, дороже всего, это доверие избирателей, для нас это констатация того, что пока мы в целом, со всеми оговорками, со всеми минусами, но тем не менее действовали правильно, и это капитал, которым мы обязаны правильно распорядиться. Мы обязаны дорожить им и обязаны принимать правильные решения, а если наши реальные дела будут видны и понятны, значит, у «Единой России» есть все шансы оставаться партией, которая находится у власти и отвечает за развитие страны.

В мире было немало партий, которые были очень сильными и которые в какой-то момент прекращали своё существование. Перед нашими глазами, конечно, разворачивалась драма Компартии Советского Союза, которая обладала тысячекратно большим административным ресурсом, была плотью и кровью государственной системы управления, по сути, подменяла собой государственный аппарат, и в конце 1980-х – начале 1990-х годов этот ресурс очень быстро растратила, он ни в чём ей не помог. Об этом нужно помнить, оценивая и текущую ситуацию, и думая о будущем. Но с другой стороны, и я специально начал с этого, поводов для пессимизма быть не должно. У нас в целом всё абсолютно нормально, скажем прямо и откровенно, гораздо успешнее и лучше обстоят дела, чем у всех других политических сил, и этим нужно дорожить. Но, конечно, нельзя расслабляться, потому что этой ситуацией моментально начинают пользоваться оппоненты. Мы понимаем, что для того чтобы развиваться, партия должна предъявлять вещи, идеи, понятные абсолютному большинству наших людей. Даже при понимании того, что люди у нас разные и иногда у них и представления о жизни расходятся, но тем не менее должно быть что-то у нас объединяющее, я об этом уже неоднократно говорил, – это, конечно, идеология, которую предъявляет «Единая Россия», идеология разумного, опирающегося на российские традиции, здорового социального консерватизма в самом лучшем смысле этого слова. При этом банальности говорить не хочется, но, с учётом того что всякая фраза, естественно, выдёргивается из контекста, хотел бы прямо ещё раз отметить, что попытки противопоставить консерватизм и развитие, консерватизм и модернизацию абсолютно бесплодны. Это неверно просто. Консерватор в качестве своего антипода, противоположности может сопоставляться только с реакционером. Реакционер – это тот, кто тащит назад, а консерватор стремится изменить жизнь, но при этом старается делать это без революций. Я думаю, что это укладывается в понимание абсолютного большинства людей в нашей стране, абсолютного большинства. Именно поэтому девизом нашей партии (одним из девизов) является: «Сохраним и приумножим!».

Вообще, любой консервативный метод в любой области знаний, в любой части общественной жизни – это метод, что называется, без крови. Как в медицине: если врач прописал консервативный метод лечения, значит точно можно быть уверенным, что резать не будут. И это сразу всех радует, потому что когда тебе говорят «вот, увы…», настроение портится у любого человека и у любого социального организма, а партия – это социальный организм. Поэтому консервативная традиция в нашем понимании этого слова должна быть нацелена на создание в рамках сильного государства и, подчеркну, эффективной власти учёта всех общественных тенденций, чтобы по ключевым вопросам мы принимали решения действительно через консенсус, во всяком случае, старались действовать солидарно. Это очень важно для нашей страны.

Конечно, есть страны, в которых консервативная традиция насчитывает долгие годы, столетия (скажу по-честному, я во многом завидую им белой завистью), те, где не прерывалась линия общественного развития, где не было таких бурных событий, как у нас в XX веке. Они поэтому и живут-то лучше, чем мы, если так совсем по-простому говорить, спокойно развивались. Но сейчас у нас есть все шансы встать на эту самую правильную дорогу, и мы на ней уже находимся и по ней идём, может быть, не так быстро, как нам бы хотелось.

А вот для того чтобы идти быстро, я хотел бы заметить ещё одну вещь. Консервативное начало вовсе не отвергает необходимость активной модернизации и нашей страны в целом, и партийной жизни в частности. Модернизация и развитие всё равно остаются ключами к успеху нашей страны, к успеху партии в том числе. Если считать, что у нас всё оптимально, что все преобразования завершены, развитие закончено, это крах всей модели развития, которая сформировалась в последние годы, как бы мы её ни называли – социально-консервативная или какая-то другая. Как только эта модель перестанет развиваться, перестанет модернизироваться, она тоже закончится. Это то, что я хотел донести до всех вас, до тех, кто интересуется развитием нашей партии, кто симпатизирует ей: модернизация страны, развитие страны с использованием разумной российской консервативной традиции – это наш сценарий развития российского государства и общества, и именно этот сценарий и должна проводить партия.

Теперь несколько слов о конкретных направлениях работы. Первое, что я хотел бы отметить. Конечно, как партия парламентского большинства мы понимаем, что партия обязана находиться в непрерывном общении.

Председатель партии одновременно занимает пост Председателя Правительства страны. В составе Правительства есть довольно значительное число партийных выдвиженцев – или людей, которые были выдвинуты партией, или людей, которые до сих пор являются членами партии. Но надо признаться, что такое прямое, конкретное взаимодействие между министерствами, между Правительством в целом и структурами партии могло бы быть активнее. Скажу откровенно, Правительство вполне может апробировать на партийных площадках свои предложения (и это было бы разумно), а партия ориентироваться на те государственные программы, на те вполне конкретные планы и программы, которые утверждены Правительством и которые разработаны отдельными министерствами, и помогать в их реализации. Я думаю, что мы предметно обсудим эту тему на встрече членов партии (мы договорились об этом – руководство партии с Правительством Российской Федерации), которая состоится в ближайшее время. То же самое относится к взаимодействию региональных органов исполнительной власти и партии.

Мы всегда гордились тем, что «Единая Россия» – это партия конкретных дел. Это именно так. Мы и у власти-то находимся потому, что мы можем предъявить какие-то результаты и, наоборот, успешно работаем, потому что располагаем сегодня определённым властным ресурсом.

В последнее время у нас выработалась практика так называемых нулевых чтений. Парламентарии получают проект закона, который намеревается внести Правительство, ещё до официального внесения, и проводят предварительные обсуждения. Это хорошо, конечно.

Но я предложил бы сделать следующий шаг и перейти к политическому чтению законопроектов. Мы в Правительстве отлично понимаем, какие законы могут быть резонансными, и партия это отлично понимает и чувствует. Это законы, которые затрагивают социальную сферу, развитие экономики, жилищно-коммунальный комплекс, проблемы защиты прав, интересов больших групп населения. Такие документы тоже вполне уместно обсуждать на партийных площадках. Это не значит, что это должно стать обязательной процедурой, но тем не менее это было бы полезно, мне кажется.

Также я хотел бы отметить, что серьёзные надежды у меня связаны с активизацией работы наших партийных платформ. Мы сформировали с вами три платформы: социальную, либеральную и патриотическую. Если говорить прямо, эти платформы охватывают практически все существующие мнения, весь спектр мнений, который сформировался в нашем обществе, за исключением самых маргинальных точек зрения или самых радикальных. Мне кажется, что и моим коллегам-министрам было бы неплохо появляться иногда на заседаниях этих платформ просто для того, чтобы принимать непосредственное участие в обсуждении законопроектов. Но и сами платформы не должны замыкаться в скорлупе и работать очень замкнуто, келейно, а должны работать с массовыми общественными объединениями, с выразителями интересов избирателей, встречаться с государственными служащими. Я думаю, что в настоящий момент всё, о чём я сказал, было бы весьма полезно и для партии, и для исполнительной власти.

Второе, о чём хотел бы сказать. «Единая Россия» – самая крупная партия, у нас 2 млн человек. Среди них и профсоюзные активисты, и крупные собственники, и представители малых народов, и те, кто отстаивает интересы русских. Люди очень разные, но платформы помогают всем крупным социальным группам увидеть себя внутри партии и выстроить определённый диалог. Поэтому действительно работа на платформах остаётся весьма и весьма важной составляющей, тем более что теперь платформы курируют отдельные внутри­партийные проекты. То есть могут не только обсуждать, но и реализовывать свои идеологические установки в конкретных условиях.

Я прекрасно отдаю себе отчёт в том, что между представителями отдельных платформ могут быть достаточно существенные расхождения, не исключаю, что это может сопровождаться жаркими и серьёзными спорами. Это нормально, пусть идёт дискуссия. Пусть к этой дискуссии подключаются регионы, эксперты. Любая дискуссия позволяет всё-таки избежать большего количества ошибок и выработать компромиссный путь развития, а компромиссный вариант, как правило, самый разумный. Как правило, конечно. Но хотел бы прямо отметить: конечно, платформы – это не зачатки новых партий, и мы не ставим себе целью разделить партию на три части, тем самым прекратив её существование и отойдя от власти, отказаться от власти. Это было бы самой серьёзной ошибкой. Поэтому – я об этом говорил несколько раз в разных аудиториях, хотел бы, чтобы сегодня это прозвучало после всех дискуссий, которые идут на платформах, – должно приниматься единое решение. Даже если оно в чём-то не устраивает тех или иных представителей отдельных платформ, это решение должно поддерживаться – поддерживаться всеми депутатами как общая партийная позиция. Иначе мы можем превратиться из партии в болото, я об этом уже сказал. Мы тем более понимаем с вами, что «Единая Россия» может удерживать лидерство только за счёт ясной позиции, внятной позиции, за счёт того, что мы предъявляем конкретную программу решения самых разных задач как в масштабах страны, так и по территориям. Если так будем работать, сохраним и авторитет, и влияние.

Третье, о чём хотел бы сказать: региональная политика – конечно, важнейший аспект в деятельности «Единой России». Считаю, что ему нужно уделять в настоящий период повышенное внимание. 8 сентября состоятся выборы по новому закону, который устанавливает единый день голосования для всех регионов и территорий. По сути, идя навстречу пожеланиям довольно широкого круга наших людей, мы получаем практически ежегодную полномасштабную выборную кампанию. Да, это непросто, но, с другой стороны, понятно к чему готовиться, в какие сроки и где. И особенность этой выборной кампании – в том, что при наличии федеральной повестки, тем не менее упор всё равно должен быть сделан на регионы, на проблемы конкретных территорий, конкретных субъектов Федерации и муниципальных образований. Я хотел бы, чтобы это ощущали все в партии. Мы никакими красивыми словами, которые произносятся по телевизору или с высоких трибун, никогда не сможем убедить людей в том, что мы правы. Вся конкретная работа, вся важнейшая работа идёт в муниципалитетах. Только там! Да, у нас должна быть правильная программа, разумные цели, я сейчас об этом только что говорил. Мне кажется, это в общем достаточно очевидные вещи, но вся основная работа – только в муниципалитетах.

Я напомню, что одним из требований, с которыми «Единая Россия» ещё в 2011 году шла на выборы, было требование предоставить субъектам больше экономической самостоятельности. Об этом никто не забыл и я не забыл. И нужно признаться, уважаемые коллеги, что это требование выполнено далеко не в полном объёме, мягко говоря. Причины, я тоже думаю, вам понятны: для того чтобы его выполнить, мало просто перераспределить полномочия (мы сейчас это делаем), нужны деньги и источники доходов. С этим сейчас не очень хорошо, но я хотел бы, чтобы все понимали: мы от этой идеи не отказались и будем действовать сообразно финансовой ситуации. Я помню и про дополнительный 1 трлн доходов, который должен быть направлен в регионы, – такое поручение давалось мною – и про другие инициативы. Надо подумать, какие дополнительные возможности, в том числе налоговые, могли бы быть предоставлены регионам в сегодняшней ситуации.

Мы с вами обязаны сохранять единую страну – и территориальную, и экономическую, и социальную целостность России, – но мы в то же время должны сделать так, чтобы каждый регион имел собственную программу развития и законодательной деятельности. При этом у нас есть очень опытные люди, очень грамотные, квалифицированные, их все в нашей стране знают, они часто выступают, они в общем популярные политики, так, без околичностей могу сказать, но они засиделись в Москве. Они могли бы хорошо поработать в субъектах. Мне кажется, это тот драйв, который нужно нам в себе в какой-то момент отыскать и принять – это, может быть, не самое простое решение, а, может быть, наоборот, самое судьбоносное в своей жизни. Так во всём мире происходит: человек из региона, как и все мы, приезжает, допустим, в столицу, работает, потом переезжает ещё куда-то работать, если, конечно, он востребован. Давайте об этом подумаем, особенно в контексте новых правил. В любом случае обращаю внимание на то, что дискуссия, которая стала нормой для нашей партии на федеральном уровне, должна стать такой же нормой на уровне региональном. И наши региональные коллеги, руководители региональных отделений партии и, естественно, руководители регионов, которые связаны с «Единой Россией», должны быть готовы к такой дискуссии, а не прятаться по кабинетам, не пытаться скрыться за авторитетом тех или иных федеральных руководителей. Людей бояться не надо, только в этом ключ к успеху.

Четвёртое. Партия должна использовать все доступные возможности и ресурсы, чтобы доносить свою точку зрения до самого широкого круга людей и быть услышанной гражданами. И, конечно, наш успех зависит не только от реальных дел, хотя это главное, но и от того, как эти дела людьми воспринимаются: знают ли они о них, как они к ним относятся. Значит, надо работать со средствами массовой информации. Время, когда мы какие-то вещи могли делать за счёт административных решений, уже прошло. Абсолютно точно прошло время непубличной политики, оно уже не вернётся. Такая соблазнительная вещь – когда все решения принимаются кулуарно, система работает, вроде бы всё нормально. Но мы не сможем удержать ситуацию в рамках непубличной политики. Поэтому ни одна из политических сил и, конечно, «Единая Россия» как крупнейшая политическая сила сегодня не может игнорировать влияние средств массовой информации на мнение людей, на их выбор. Это, кстати, и есть достижение реальной демократии.

Кстати, очень часто пресса (которая разные эмоции вызывает; средства массовой информации, естественно, не только приятные минуты приносят политикам, не только минуты славы, но и другие минуты) тоже проявляет определённую зрелость и ответственность хотя бы потому, что у нас в СМИ сегодня представлен весь набор значимых мнений, который присутствует в обществе. Представлен по-разному, сразу хочу сказать. Тем не менее этот срез есть. Поэтому считаю, что в работе со средствами массовой информации наша партия должна быть более оперативной, более содержательной и абсолютно технологичной. Хотелось бы, чтобы партия создала вокруг себя пространство умного и цивилизованного диалога. Только используя современные аргументы, мы способны доказать людям, что мы выражаем их мнение и достойны их доверия. С этим связан ещё один момент, о котором я тоже должен сказать. Сегодня многие члены партии – и совсем молодые, и те, кто постарше, являются активными пользователями социальных сетей. На сегодня это самый простой в технологическом плане и самый демократичный способ общения с гражданами, который позволяет вести прямой диалог и быстро реагировать на предложения и вопросы.

Политическая культура в интернете развивается очень по-разному и весьма динамично. И здесь, я хотел бы отметить, мы тоже не должны уступать оппонентам. Но, с другой стороны, и это абсолютно точно, в интернете невозможно победить раз и навсегда или проиграть раз и навсегда. Тот, кто придерживается такой позиции, тот, конечно, ошибается. Интернет – живая среда, она никому не принадлежит, и нужно стремиться быть убедительным, энергично работать, адресно работать в каждый конкретный момент и не расстраиваться, если что-то там в какой-то момент прозвучало из того, что не нравится. Всё равно правда будет на нашей стороне, если мы уверены в том, что мы ведём правильную линию. А с другой стороны, нужно максимально чётко отстаивать свою позицию. Я считаю, что это для нашей партии очень важно. В адрес партии всегда звучит гораздо больше упрёков, оскорблений, скажем откровенно, чем в адрес других политических сил. Но мы с вами понимаем, почему это. Потому что мы сегодня власть. Была бы какая-нибудь другая политическая сила, её бы точно так же ругали. Другое дело, что уровень политической культуры в нашей стране, к сожалению, очень низкий, это правда. А особенно это ощущается в тех социальных средах, которые не регулируются законодательством, как, например, в той или иной степени всё-таки регулируются публикации в средствах массовой информации. Когда речь идёт об интернете, там регулирования практически никакого нет, кроме специальных случаев, которые мы сегодня законом установили. К этому нужно привыкнуть и, ещё раз говорю, работать энергично.

В любом случае «Единая Россия» должна служить примером цивилизованной и культурной полемики. Мы должны оттачивать своё политическое мастерство в постоянных дебатах. В случае необходимости мы должны быть резкими и настойчивыми (в этом нет ничего плохого), без хамства, но резкими и настойчивыми, в то же время оставаться доброжелательными, потому что когда человек доброжелательный, от него исходит сила. Это мы тоже с вами понимаем, а это важно для всех и, конечно, для нашей партии.

И, наоборот, если говорить не об интернете, нельзя забывать о тех людях, которые им пока не пользуются. Эта категория всё меньше и меньше, но она тоже довольно значительная. И партия должна быть внимательной к любому избирателю, партия должна доносить свою точку зрения в доступной форме до любого человека. Поэтому и руководителям центральных органов партии, и региональному руководству нужно регулярно вести открытый диалог с журналистами, с редакторами региональных средств массовой информации, причём именно позитивный диалог.

У нашей партии есть неплохая традиция – проводить большие медиафорумы на съездах партии. Можно было бы распространить эту традицию на региональный уровень. Заодно посмотрели бы, как наши региональные партийные руководители себя чувствуют в открытом пространстве, как губернаторы общаются. Губернаторы наши тоже, вообще, должны думать о том, насколько аргументированно они отстаивают свою позицию, потому что за них будут голосовать. Здесь на одном ресурсе партии и поддержке руководства страны уже не выедешь.

Но главное, что мне ещё раз хотелось бы подчеркнуть (я об этом говорил и ещё раз скажу), главное – это всё-таки не общение с прессой, не присутствие в интернете, а живое общение с людьми, оно важнее всего. Наши люди (и в силу определённых традиций, таких, если хотите, патриархальных, и в силу опыта ХХ века, и вообще потому, что это наши люди) очень ценят такое общение и считают прямой контакт чрезвычайно полезным и откровенным. Если партийный активист много общается с людьми, это всегда в его пользу. Даже если его ругают, даже если ему говорят нелицеприятные вещи, даже если не всегда он что-то может решить, люди всё равно говорят: «Мы ему всё высказали, наверное, там чего-то не получится, но он хотя бы нас выслушал…» В нашей стране это чрезвычайно важно. Уважаемые коллеги, уважаемые однопартийцы, мы эту площадку не должны никому уступать, тем более что для этого у нас есть все возможности – и партия у нас самая большая, и мы присутствуем практически во всех органах власти.

И наконец, седьмое. Наша партия – это классическая партия политического центра. В этом, я думаю, секрет её будущей выживаемости. Именно такая партия необходима обществу, которое находится в переходном состоянии. Наше общество ещё долго будет в переходном состоянии, я думаю, это ни у кого не вызывает сомнений. Наша демократия, о чём я не устаю говорить, очень молода. Мне кажется, все мы должны об этом помнить. Все упрёки, которые несутся в наш адрес, в адрес партии, в адрес современного государства: почему вы не такие, почему вы не такие? А почему мы должны быть такими? Во-первых, мы – Россия, у нас своя российская демократия, во-вторых, мы идём по пути демократических перемен совсем немного, чуть больше 20 лет. Я всегда об этом вспоминаю, но ещё раз давайте призадумаемся: демократии в нашей стране вообще 20 лет. Её не было на протяжении тысячи лет, никогда – ни в царские времена, ни в советские времена. Почему мы должны в один момент преобразиться и стать идеальным, стерильным обществом? Мы не сможем быть такими, но наша задача тем не менее идти по этому пути. Мы прошли, кстати, очень большой путь за эти годы и продолжаем взрослеть. Мы продолжаем развиваться, причём в условиях повышения гражданской активности и ответственности людей.

Сегодня перед партией стоят очень сложные задачи, всем нам известные. Я сегодня не буду о них долго рассказывать – цель не в этом. Мы, конечно, должны продолжить и борьбу с бедностью, и борьбу с коррупцией, и формирование современной системы образования и здравоохранения, и модернизацию экономики, должны создавать миллионы новых, современных рабочих мест. Всё это дело для всей страны – нужно трудиться, что называется, засучив рукава. Для того чтобы этим заниматься, нужна сильная партия, партия, которая стремится объединить большинство, партия, которая находила бы в себе силы объединять и молодёжь, и старшее поколение. Это непросто, отлично это понимаю, с каждым годом, естественно, становясь всё более и более зрелым человеком: многие вещи, которые казались абсолютно однозначными в 20 лет, когда тебе уже 47 лет, таковыми не кажутся. Но что делать? Так жизнь устроена. И мы должны всё-таки стараться склеивать наши поколения, не должны допускать таких разрывов.

У нас есть и другая проблема в стране: мы должны постоянно объединять наши усилия на то, чтобы представители разных социальных групп и разных конфессий спокойно себя чувствовали на территории нашей страны. Тоже крайне непростая задача. Кто это может сегодня сделать? Если серьёзно разобраться – пока только наша партия. И именно поэтому я подвожу вас к выводу, что сегодня такая партия, как «Единая Россия», объективно нужна нашей стране. И если мы окажемся слабыми, то появится какая-то другая партия, которая тоже будет партией центра, я в этом не сомневаюсь, и которая тоже будет стараться занять солидарную позицию. И дело даже не в том, что в той партии уже нас с вами не будет, а дело в том, что на создание этой партии уйдёт очень большое время. И мы снова будем собирать по крупицам то, что делали последние 10–15 лет, и для нашей страны это будет очень плохо. Поэтому всё зависит от нас и от того, как мы сегодня будем способны играть свою роль. Вот что мне хотелось бы сказать, открывая работу нашего партийного «Гражданского университета». Я, конечно, не старался ответить на все вопросы, просто обозначил то, что мне казалось сегодня, в текущей ситуации, наверное, важно для партии в целом и для каждого из нас в частности. Спасибо! Я, естественно, готов пообщаться дальше.

Так, уважаемые коллеги, прошу, если есть желание что-то сказать или что-то обсудить, я в вашем распоряжении, у нас с вами открытый диалог.

Е.Стенякина: Добрый день, Дмитрий Анатольевич, уважаемые коллеги! Екатерина Стенякина, сопредседатель Координационного совета «Молодой гвардии Единой России».

Дмитрий Анатольевич, в средствах массовой информации, в интернете мы в последнее время наблюдаем активные информационные атаки на основные опоры нашего государства. Если сначала это были правоохранительные органы и суд, потом системные политические партии, следом Православная церковь, профсоюзы, то сейчас этим атакам подвергаются наши депутаты и Совет Федерации. Постоянно придумываются публикации про диссертации, про имущество наших депутатов, некоторые журналисты в своих публикациях позволяют себе оскорблять членов парламента. Не кажется ли Вам, что эта информационная атака является частью спланированной кампании против России? И если да, то кто может быть заказчиком этой кампании?

Д.Медведев: У вас ручка есть? Сейчас я вам продиктую всех, кто заказал эту кампанию, и после этого совершу несколько телефонных звонков, с вашего позволения, куда надо.

Я думаю, что если бы это было так, это было бы проще всего. Есть конкретные заказчики, есть способы, как бороться с ними. В жизни всё гораздо сложнее и богаче. Конечно, есть силы, которые, мягко говоря, не симпатизируют партии, есть силы, которые будут нас провоцировать, будут оскорблять и партию, отдельных её лидеров, и просто людей, которые симпатизируют нашему с вами делу, но никакой заговор не способен повлиять на партию в той степени, в которой способны повлиять мы сами. Если мы будем, как я уже говорил, слабыми и будем поддаваться на провокации, тогда нас ждёт незавидное будущее. Знаете, есть такая пословица довольно жёсткая, но, мне кажется, иногда она вполне справедлива: «Собаки лают, а караван идёт». Если мы уверены в справедливости того, что мы делаем, мы, конечно, должны двигаться вперёд.

В то же время ни в коем случае нельзя закрываться, и если в адрес членов партии, в адрес депутатов Государственной Думы, членов Совета Федерации, вообще любого руководителя любого уровня звучат какие-то вопросы, на них надо отвечать. Невозможно отмахиваться от них и говорить: «Это заговор, мы на такие вопросы не отвечаем. Это провокация, не смейте мне задавать эти вопросы». Есть вопрос – ответьте. У нас нет фигур, которые закрыты от обсуждения сегодня, и, наверное, это главное достижение реформ последних 20 лет. Когда хамят, надо отвечать жёстко, спору нет, – цивилизованно, через суд, через другие правоохранительные процедуры. Абсолютно нормально, пусть никто не обижается. Никто не обижается! Если тебе хамят, у тебя есть возможность ответить цивилизованным способом. Если задаётся нормальный вопрос, на него тоже нужно отвечать.

Но и вообще, мне кажется, что каждый человек, который для себя избирает государственно-политическую карьеру, должен быть готов, что к нему будет повышенной интерес. Иногда это неприятно, обидно. Я первые годы, когда превратился из непубличного чиновника в публичного человека, гораздо более ранимым был и к этому относился существенно более насторожённо, болезненно. То есть прочитаешь там ересь какую-то очередную про себя, думаешь: «Ну какая гадость! Как вообще можно такое писать? Вообще этого и быть не может! На чём это основано?» Ну действительно, явно только для того, чтобы спровоцировать какой-то конфликт. Кулаки сжимаются, потом подумаешь: «Ну а что ты напрягаешься? Надо расслабиться и стать сильнее». И я всем членам партии, всем депутатам Государственной Думы, членам Совета Федерации, всем руководителям, которые состоят в партии «Единая Россия», рекомендую быть открытыми и в то же время не принимать близко к сердцу такого рода провокации, а просто быть готовыми к тому, чтобы отвечать на вопросы людей, если они есть, на здравые вопросы. И тогда мы будем самой сильной партией.

О.Пташкин: Пташкин Олег Павлович, руководитель дирекции центрального совета сторонников партии «Единая Россия». Уважаемый Дмитрий Анатольевич, у меня такой вопрос: некоторое наши оппоненты уже начали заявлять, что «Единая Россия» воссоздаёт Высшую партийную школу. На Ваш взгляд, чем будет отличаться «Гражданский университет» от ВПШ?

Д.Медведев: Знаете, я в ВПШ не учился, мне трудно сказать. Хотя на самом деле  в ВПШ тоже были какие-то полезные вещи, наверное, но я никогда ВПШ не посещал. Очевидно, что ситуация изменилась: у нас вообще не может быть ВПШ в советском смысле этого слова. Во-первых, нет статьи 6-й Конституции, нет коммунистической партии, которая является ядром политической системы, и «Единая Россия» не коммунистическая партия. Были бы мы с вами коммунистической партией в прежнем понимании этого слова, мы бы с вами сейчас не сидели и не обсуждали бы это, по-другому бы решения принимали. Но, слава богу, это всё в прошлом. Нам такое развитие ни к чему. А во-вторых, насколько мне позволяют судить мои представления о партийных школах того периода, они всё-таки готовили именно тех, кто сразу же перемещался в Москву (имел шансы переместиться в Москву или занять соответствующие ключевые позиции в регионе), то есть это была часть такой карьерной работы. Я считаю, что мы должны перед собой ставить более широкие цели. Наш с вами «Гражданский университет» не обязательно должен преследовать цель выучить будущего партийного функционера. Если появится после работы «Университета» новый хороший партийный функционер, я только рад буду, потому что нечего стесняться: партии нужны активисты, люди, которые хорошо умеют заниматься партийной работой в узком смысле этого слова. Но цель в другом – цель заключается в образовании, в просвещении, и мы должны с вами продвигать эти образовательные проекты не только для членов партии, мы должны работать как можно шире. И в этом, мне кажется, ещё одно отличие.

И наконец, третье. Я не знаю, что у нас с вами получится, но очевидно, что должно быть интереснее, чем в ВПШ, потому что если будет скучно, то никто не придёт. Время, когда лекторы просто по разнарядке что-то зачитывали, оно же в прошлом. Поэтому я и сказал, что, наверное, на этой трибуне и на других трибунах появятся яркие люди, которые будут рассказывать интересные вещи. Сейчас есть о чём поговорить, и вовсе не обязательно говорить только о наших внутрипартийных делах. Мне кажется, что если будут появляться грамотные экономисты, политологи, юристы, даже специалисты по отдельным отраслевым наукам, которые будут рассказывать о том, каковы магистральные направления развития человечества по тем или иным проектам, – это для партии тоже будет очень хорошо. Это будет поднимать в партийных рядах общий уровень образования.

Л.Поляков: Добрый день, Дмитрий Анатольевич! Добрый день, коллеги! Леонид Поляков, профессор Высшей школы экономики, член совета по развитию гражданского общества и правам человека при Президенте РФ. Дмитрий Анатольевич, я попытаюсь представить интересы одновременно и гражданского общества, и университетского сообщества. Такая тенденция намечается у нас в понимании гражданского общества, что это какая-то неполитическая и аполитичная сила, которая должна где-то отдельно от политики, отдельно от власти, отдельно от государства консолидироваться и демонстрировать свою активность порой – и чаще всего – вопреки власти, вопреки системной политике.

Как Вы думаете, может такая форма, такой формат создания «Гражданского университета» как партийной площадки сыграть роль посредника между развивающимся гражданским обществом и политической сферой, чтобы они не конфликтовали, а чтобы, наоборот, из гражданского общества была возможность идти в политику, пополнять её и кадрово, и идейно? И наоборот, чтобы определённые политические силы, такие как правящая партия, могли конструктивно участвовать в процессе развития гражданского общества?

Д.Медведев: Знаете, если говорить о моих ощущениях, меня, вообще, немножко тревожит, когда пытаются развести, с одной стороны, гражданское общество, а с другой стороны – политические среды. Так не бывает, это фикция. В любом случае каждый из нас в той или иной степени политизированный человек. У любой домохозяйки, которая сидит дома, есть своё суждение по поводу того, что делается в стране, по поводу конкретных людей, которые работают: этот нравится, этот не нравится, у этого такие-то недостатки, этот симпатичный. И этот набор политических представлений присущ любому человеку в нашей стране. Поэтому мне вообще кажется – искусственно разрывать гражданское общество и политическую деятельность.

Другое дело, что мы не должны тащить политику на все площадки. Если люди, например, собрались для того, чтобы обсудить какие-то значимые общественные проблемы, вовсе не обязательно погружать их в партийно-политические дискуссии, это тоже неправильно абсолютно. Если та или иная некоммерческая структура занимается, например, оказанием социальной поддержки, она вовсе не обязательно должна заниматься поддержкой тех или иных политических фигур. Но разрывать это абсолютно контрпродуктивно: здесь партии и политиканы, которые вьются вокруг этих партий, здесь – такое стерильное гражданское общество, которое защищает убогих и сирых, здесь – экспертная площадка… Это всё искусственно, мы с вами это отлично знаем, все это проходили и в разных местах трудились. Поэтому всё это должно быть смешано, но смешано таким образом, чтобы получался результат. Вот моя позиция.

А.Пушков (председатель комитета Государственной Думы по международным делам): Дмитрий Анатольевич, поскольку разговор идёт откровенный и Вы к нему призываете… В своё время была у нас принята концепция Открытого правительства. Но, если честно, создаётся ощущение, что пример открытости Вы как руководитель Правительства демонстрируете, поскольку много выступаете и с людьми встречаетесь, но когда дело доходит до большинства министров, что-то мы этого особенно не видим.

Я приведу конкретный пример. Закрываются роддома от Воронежской области до Ярославской по всей европейской России, сельские роддома. Это вызывает огромное возмущение – пикеты, в печати статьи, уверен, что статьи в большинстве своём оправданные. Никакой реакции со стороны руководства Министерства здравоохранения нет. Вообще ничего не объясняют, продолжают своё дело, обещают якобы вывозить людей за 200 км в роддом какой-то городской, предлагают рожать в городах. И, конечно, ни о какой открытости говорить, к сожалению, не приходится. У нас уже было одно министерство абсолютно закрытое – это Министерство обороны. Сейчас всё открывается. Я не хочу проводить здесь параллели и не провожу, но я хочу сказать, что закрытость министерств ведёт вот к таким последствиям. И потом мы все это расхлёбываем, и это наносит ущерб и власти, и обществу: оно перестаёт верить, в том числе и части своей исполнительной власти. Можно ли концепцию с практикой соотнести и действительно превратить Правительство в более открытую структуру?

Д.Медведев: Алексей Константинович, у нас с вами, как вы правильно сказали, откровенный разговор, хотя он и под камеру идёт. Это системное противоречие. Ни одно министерство не хочет быть открытым в силу тех функций, которые министерство выполняет, неважно, как оно называется – Минобороны или Министерство здравоохранения. Каждый государственный орган, каждая административная структура хочет принимать свои решения кулуарно и не только в нашей стране, давайте по-честному. В любой стране все административные решения пытаются принимать максимально закрыто. Но степень цивилизованности страны как раз и измеряется тем, насколько широко вовлечены общественные силы, общественные структуры в этот процесс, при этом мы не должны, конечно, доходить до абсурда. Когда я формулировал идею Открытого правительства – мы её, кстати, вместе с вами тоже обсуждали, – у меня, конечно, не было идеи, чтобы все министерские решения принимались под жесточайшим общественным контролем. Так не бывает. Давайте скажем прямо: есть некоторые решения (я сейчас не про роддома, сразу оговорюсь), которые приходится принимать закрыто, и я не имею в виду секретные решения, секреты – это секреты. Скажем прямо, некоторые решения, если хотите, такого реформаторского плана, приходится принимать жёстко и даже иногда без предварительного обсуждения, потому что иначе всё пойдёт вразнос. И это уже ответственность самого Правительства и самого министерства. Поэтому я до сих пор остаюсь привержен идее максимально открытого обсуждения тех вопросов, которые могут обсуждаться в открытую. Это первое.

Второе. Абсолютно с вами согласен в том, что если речь идёт о резонансных ситуациях, министерство просто обязано отвечать на вопросы людей. Закрыл губернатор тот или иной роддом – или, если это федеральная структура, министерство закрыло – будьте любезны объяснить, что произошло и что будет. В этом смысле я абсолютно с вами согласен: при принятии таких решений министерство – любое министерство! – обязано быть в диалоге. Кстати, не только гражданские министерства, но и силовые министерства обязаны то же самое объяснять. Потому что на наших силовых министерствах, том же Министерстве обороны  огромный социальный воз до сих пор лежит, и огромное количество социальных объектов они за собой тащат. И невозможно, например, закрыть тот или иной военный городок без социальных последствий. Поэтому система должна дальше совершенствоваться, она должна становиться действительно всё более открытой для обращений к гражданам, но это не исключает того, что отдельные решения нужно принимать всё-таки с учётом административных процедур, мы это с вами тоже должны изначально понимать.

Продолжим общение. А по конкретным вопросам, если есть какая-то информация, просто передайте мне, я поручение передам Министру здравоохранения.

А.Шхагошев: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Депутат Государственной Думы, руководитель МКС по Северо-Кавказскому федеральному округу.

Государственной Думой принят закон, который предоставляет субъектам возможность, право или же альтернативу приведения к власти главы субъекта. Очень много разночтений и критики вызвал этот закон. Очень важно знать Ваше мнение в пользу этого закона и широты его применения. Должен сказать, что нашлись эксперты, политики, которые связывают принятие этого закона с отменой прямых выборов, хотя речь идёт очень чётко в законе о предоставлении права самим субъектам выбирать. И принимая закон (я являюсь одним из соавторов), мы, конечно, учитывали сложность нашей страны.

Д.Медведев: Да, я, естественно, прокомментирую этот вопрос, если он волнует и вас, и других членов партии, и вообще наших людей.

Я считаю, что это в значительной мере укрепление федеративных начал в нашем государстве. О своём отношении к процедуре наделения полномочиями я говорил неоднократно. Остаюсь в настоящий момент сторонником того, что высшие должностные лица субъектов Федерации должны избираться. Просто потому, что так хотят наши люди. Раз они так хотят – мы должны им это право предоставить. Но у нас федеративное государство, и действительно в целом ряде случаев необходимо учитывать эту федеративную специфику. Прежде всего это касается Кавказа.

На мой взгляд, в настоящий момент вообще нет никаких других территорий, где этот вопрос мог бы быть поставлен в таком плане, как на Кавказе. Почему? Потому что в отдельных кавказских республиках процедуры выборов просто ни разу не использовались в чистом виде. Это, конечно, нас как минимум должно заставить задуматься о том, каким образом им эти процедуры осуществлять. Это не значит, что они должны отказаться от прямых выборов – это их дело, дело республик, пусть сами решают, как поступить. Но если вас интересует моё мнение, то я считаю, что в этой ситуации, если кто-либо будет ставить вопрос об отмене прямых выборов и переходе на другую процедуру, ему нужно будет очень хорошо подготовиться и объяснить своим людям – людям, которые живут на территории соответствующего субъекта Федерации, почему у них будет использоваться другая процедура. Это сделать непросто. Если они смогут это сделать, будут достаточно аргументированными, то новый закон такую возможность даёт.

Но я абсолютно уверен в том, что подавляющее большинство субъектов нашей Федерации этими возможностями не воспользуется. Это было бы контрпродуктивно, это был бы шаг в обратном направлении. Мы это уже проходили.

А.Хинштейн (член Президиума Генерального совета Партии, заместитель председателя Комитета Государственной Думы по безопасности и противодействию коррупции): Я, во-первых, хотел Вас поблагодарить за чётко сформулированную позицию, в том числе и по вопросам взаимодействия партии и средств массовой информации, потому что она полностью отражает мою точку зрения о том, что любой диалог нужно строить только с позиции уважения и корректности, быть сильнее. Но мне хотелось бы, Дмитрий Анатольевич, коснуться вопроса, который связан вот с чем: далеко не всегда та критика, которая звучит в наш адрес, беспочвенна.

Д.Медведев: Конечно.

А.Хинштейн: Более того – к сожалению, и нередко – у этой критики есть все основания. Не видеть этого или замалчивать – это только усиливать критический эффект. В этой связи вопрос: может быть, нам вернуться к разговору о каком-то более системном спросе со своих членов партии за те или иные нарушения или прегрешения? Потому что в этом случае, перехватив эту повестку, перехватив её в том числе и у оппонентов, и у оппозиции, мы не только не ослабнем, на мой взгляд, наоборот, мы усилимся, когда партия, когда общность в состоянии честно сказать: «Да, Иван Иванович был не прав». У нас есть норма устава, позволяющая в том числе исключать любого члена партии за действие или бездействие, наносящее существенный урон интересам партии. На мой взгляд, это, наоборот, только авторитету способствует и в свою очередь отбирает у наших оппонентов очень многие аргументы для упрёков в наш адрес и для споров.

Д.Медведев: Я согласен с тем, что у партии обязательно должен быть механизм самоочищения, и партия должна открыто смотреть на недостатки или ошибки своих коллег по партии, хотя не ошибается тот, кто ничего не делает. Если же речь идёт о правонарушениях или же о таких моральных проступках, которые на самом деле дискредитируют партию в целом, то, наверное, партия к этому не должна быть безучастной, партия должна давать ему оценку. Но, понимаете, это всегда очень тонкая тема. Мне кажется, что мы не должны пойти по пути Компартии Советского Союза, когда любой член партии пуще всего на свете боялся партийной ответственности – не уголовной и уж тем более не какой-то другой, а именно партийной ответственности. Всё-таки у нас сейчас другая страна, и для человека, который выйдет из «Единой России» или будет исключён из «Единой России», жизнь не заканчивается. Это не повод в петлю лезть, что называется. Это просто означает, что у него закончилась эта часть его жизни. Мы не должны преследовать людей, которые, например, были в «Единой России», а потом с нами разошлись. Мы не должны исходить из того, что человек, который оказался не в силах вести партийную работу или государственную работу, для нас раз и навсегда закончился. Мы должны быть в этом смысле более гуманны.

Но не реагировать на некоторые вещи, я согласен, мы не можем. И потом, знаете, давайте совсем по-простому: если есть доказанный набор фактов в отношении конкретного партийного деятеля или государственного деятеля и на него ничего невозможно ответить, если сам по себе такой руководитель не находит мужества принять решение, партия ему должна подсказать. Причём это не обязательно должно быть в ультимативной форме, а просто по-товарищески сказать: «Знаешь, твоё пребывание внутри партийной структуры или на соответствующей государственной должности подводит нас всех. Мы к тебе хорошо относимся, даже несмотря на какие-то нюансы, мы просто считаем, что в интересах страны, в интересах партии было бы уйти. Будем дальше дружить, но не на партийной основе». Мне кажется, это было бы правильным.

И, наконец, самое последнее. Мы, конечно, не должны допустить сценария, когда под гиканье и улюлюканье будем заниматься тем, что глушить своих однопартийцев. Знаете, это тоже, к сожалению, одна из наших черт, очень хорошо описываемая моделью «бей своих, чтобы чужие боялись», очень часто в нашей истории это происходило. До этого тоже опускаться нельзя.

А.Двойных: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Двойных Александр, депутат Московской областной Думы.

Хотелось бы сегодня поднять вопрос и услышать позицию Правительства по такой проблеме, которая сейчас много где обсуждается и на самом деле многих начинает тревожить. Это ситуация, связанная с увеличением взносов, которые платят индивидуальные предприниматели в Пенсионный фонд. Мы понимаем важность решения проблемы дефицита Пенсионного фонда, и мы сейчас увидели, что есть ряд предпринимателей, которые готовы платить эти увеличенные взносы. Но также видна другая тенденция: мы видим, что многие предприниматели начинают просто закрывать свой бизнес; по-видимому, многие обеспокоены таким увеличением. Хотелось бы понять, какую позицию в этом вопросе займёт Правительство.

Д.Медведев: Эта проблема действительно есть. Не скрою, позиция Правительства в этом вопросе нелегко формируется именно потому, что нам, с одной стороны, необходимо провести модернизацию пенсионной системы, сделать её более справедливой. У нас часть самозанятого населения раньше получала пенсии существенно ниже, например, чем наёмные работники. Но это тоже неправильно. По своим доходам эти люди зачастую получают не больше, чем наёмные работники, или столько же, а пенсии практически не имели. Это поражение в пенсионных правах. С другой стороны, я абсолютно согласен: если это ведёт к закрытию бизнеса – это плохо, если это принимает массовый характер (здесь ещё нужно посмотреть), то на это государство обязано откликнуться, и Правительство обязано проанализировать все последствия этого.

Я думаю, что мы должны просто постараться найти какой-то разумный баланс по поддержке тех категорий так называемого самозанятого населения, которые от этих решений могут пострадать. То есть, иными словами, поддержка должна носить адресный и региональный характер. Именно такие инструкции я сейчас дал Правительству для подготовки наших предложений.

О.Романова-Плаксина: Олеся Романова-Плаксина, руководитель проекта сторонников «Единой России» и социальной платформы «Россия – активное долголетие» («РАД жизни в России!»)

Уважаемый Дмитрий Анатольевич, в рамках поручения, которое Вы дали на XIII съезде, и практических механизмов реализации послания Президента мы совместно с общественностью открыли первую «РАДостную» школу здоровья, детский сад, школьное кафе здорового питания, запустили школу общественного здоровья. И выбрали регион, как Вы и просили, для проведения рабочего совещания – это Республика Башкортостан. Готовим большой социальный конгресс «Российская семья: радость родительства, счастливое детство и мудрая старость», как Вы говорили. Очень ждём, чтобы Вас пригласить на этот конгресс 15 мая и показать, что сделано уже за всё это время.

Д.Медведев: Олеся, спасибо. Всё нравится, спасибо вам большое за приглашение, кроме одного: я уже теперь у вас ассоциируюсь только с мудрой старостью. Но, видимо, время бежит вперёд, годы берут своё. Ну ладно. Приеду уже как мудрая старость. Спасибо за приглашение.

В.Никонов: Спасибо, Дмитрий Анатольевич. Вячеслав Никонов, председатель комитета Госдумы по образованию.

Вообще, перспективы правящей партии в решающей степени всегда зависят от состояния экономики. С начала этого года статистика показывает некоторое замедление темпов экономического роста. Связывают это, естественно, и с кризисом в Европе, но также и с бюджетным сжатием, с дорогим кредитом. У меня, собственно, вопрос такой: не видите ли Вы сейчас необходимость принятия каких-то дополнительных мер по стимулированию экономического роста?

Д.Медведев: Знаете, пока ещё не так много времени прошло с начала года, но, конечно, тенденции, которые есть, настораживают. Не скрою, мы их ожидали, ничего сверхъестественного не происходит. Оценки темпов роста мировой экономики и российской экономики в целом совпадают с тем сценарием, который реализуется. Он нас не радует хотя бы потому, что происходит общее ослабление развития. Нужно думать, конечно, над нашим сугубо российским ответом на существующие проблемы, хотя вы правильно сказали, что всё-таки 90% причины сформировано за пределами нашей страны, потому что происходит общее уменьшение объёма мировой экономики, требуется меньшее количество энергоносителей, металлов, других товаров, которые, как правило, мы поставляем по экспорту. Это приводит к сжатию российской экономики и к тому, что мы не получаем те темпы, на которые рассчитывали. Но пока это ещё не повод для драматических сценариев. Естественно, будем смотреть, как пойдут события на мировых рынках. То, что происходит, тоже весьма и весьма сложно, взять хотя бы эту киприотскую проблему, потому что она явно отразится на мировых финансах, здесь никаких сомнений нет. Это не только российская, британская проблема или европейская. Это уже мировая проблема.

Мы для себя подготовили набор возможностей для влияния на эти процессы. Но он, конечно, носит ограниченный характер. От вас как коллег по партии я не буду скрывать: я считаю, что то, что мы вышли на бюджетное правило, – для нас сейчас это плюс, а не минус. Потому что если бы, наоборот, мировая экономика попёрла, а мы бы находились в тисках этого правила, может быть, это был бы повод призадуматься над тем, зачем мы себя так сковываем. Но как раз происходят обратные процессы, и во многих странах Евросоюза рецессия. Темпы мировой экономики существенно падают, и риск недополучения дополнительного количества доходов, прежде всего нефтегазовых доходов, для нас является весьма и весьма очевидным, поэтому то, что мы, что называется, затянули пояса – это правильно, я в этом абсолютно уверен. Надо жить по средствам. А с другой стороны, у меня нет секретов ни от вас, ни от наших коллег, ни вообще от всех наших граждан, мы всё-таки все основные социальные программы выполняем. Объём социальных обязательств у нас беспрецедентный. У нас никогда такого не было. Мы ко всему привыкаем, тем не менее нужно помнить, что мы никогда такого количества социальных обязательств не обслуживали – ни в 1990-е годы, само собой разумеется, ни в 2005 году, ни в 2007 году, и даже до середины 2008 года, предкризисного года, у нас всё равно всего было меньше. То есть мы находимся сейчас на очень серьёзном социальном треке даже при наличии проблем с формированием бюджета, но механизмы стимулирования внутреннего спроса и поддержки собственного производителя мы обязаны анализировать. Здесь вы правы. Особенно это важно в период, когда наша страна вступила в ВТО.

В.Чумаченко: Ростовская область, Чумаченко Василий, секретарь первичного отделения, председатель региональной молодёжной общественной организации «Я – волонтёр». В своей речи Вы упомянули о том, что вся важнейшая работа ведётся в муниципалитетах. В связи с этим у нас вопрос: скажите, в рамках обучения Гражданского университета могут принимать участие муниципальные служащие и представители общественных организаций? Дело в том, что это действительно те категории, которые более активно участвуют в политической и социальной жизни местного сообщества и во многом формируют медийную повестку дня, которая отражает для большинства граждан реальность происходящего.

У нас в Ростовской области действует в том числе партийная школа кадрового резерва, я тоже её выпускник, осуществляются другие формы партийного обучения. Но всё же для нас, конечно, очень важно владеть актуальной политической повесткой дня, и в том числе понимать тенденции развития политической ситуации в нашей стране и в мире в целом, и, естественно, быть компетентными в вопросах законодательства. Поэтому, Дмитрий Анатольевич, как Вы считаете, могут ли в программах обучения гражданского университета принимать участие муниципальные служащие и представители социально ориентированных общественных организаций?

Д.Медведев: Я ничего плохого не вижу, естественно, в том, чтобы муниципальные служащие принимали участие в программе «Гражданский университет», потому что мы же с вами договариваемся о том, что этот Гражданский университет должен быть максимально открытым для всех, кто хочет участвовать в его работе, кто хотел бы получить какие-то новые знания или, наоборот, рассказать о своём опыте. Поэтому – welcome, пожалуйста, принимайте участие!

С.Хамзаев: Добрый день, Дмитрий Анатольевич! Спасибо за такой конструктивный и открытый диалог. Меня зовут Султан Хамзаев, сторонник партии «Единая Россия», федеральный проект называется «Трезвая Россия». Вы правильно подняли вопрос, с точки зрения остроты обсуждения в обществе социальных проблем. И они, наверное, сегодня одни из самых актуальных проблем, которые у нас есть, и если их решить, может быть, многие другие проблемы автоматически, сами по себе, отпадут.

У меня вопрос такой: недели две назад… Здесь некоторые коллеги есть из Совета Федерации – Светлана Журова, другие коллеги. Хотел поблагодарить их, что поддержали инициативу, связанную с увеличением возрастного ценза на продажу алкоголя несовершеннолетним – с 18 до 21 года. Мы знаем, что вопрос алкоголизации – это очень комплексный вопрос, который не должен решаться только запретительными мерами, но в том числе, скажем так, в комплексе тех вопросов, которые должны быть решены. Считаем, что он один из приоритетных. Почему? Потому что на сегодняшний день 19 лет – это пик потребления алкоголя среди молодёжи.

И также скажу, может быть, в поддержку той инициативы, которую мы все вместе с коллегами продвигаем. ВЦИОМ вчера выпустил результаты исследований, которые были проведены на территории Российской Федерации, где 76% граждан Российской Федерации поддерживают эту инициативу. Если взять категорию от 18 до 21 года – 66% молодых людей тоже поддерживают эту инициативу. И Комитет по социальной политике Совета Федерации поддержал данную инициативу.

Хотел бы узнать Ваше мнение и поддерживаете ли Вы данный вопрос?

Д.Медведев: Во-первых, Светлана Сергеевна Журова у нас уже депутат Государственной Думы, но это, наверное, не меняет её отношения к проблеме, потому что обычно люди так быстро не меняют своих позиций при перемещении в другие структуры. Вы знаете, я считаю, что эта проблема есть, и она за последние годы приобрела в нашей стране действительно угрожающий характер. При этом, может быть, не все решения здесь могут быть получены путём увеличения возраста, с которого осуществляется продажа алкоголя, или осуществления новых запретов. Но сама по себе эта проблема существует, и законодатель на неё обязан обратить внимание. Способен ли в этом случае возраст, сдвинутый на три года, принести определённую пользу – я думаю, что, наверное, да. Нужно проанализировать только последствия для соответствующих структур, но мне кажется, что здесь в большей степени, конечно, нужно обратить внимание на общую ситуацию с реализацией алкоголя в целом. Потому что давайте скажем откровенно: если продавец в магазине продаёт бутылку человеку, который не достиг 18-летнего возраста – а это сплошь и рядом происходит, – он абсолютно с такой же простотой продаст эту бутылку и человеку, который не достиг 21 года.

Что важно, на мой взгляд, или что важнее, – даже не 18 лет или 21 год, это вопрос выбора законодателя: в некоторых странах 18 лет, в некоторых странах 21 год… Кстати, в некоторых федеративных государствах, таких как Соединённые Штаты Америки, этот возраст дифференцирован в зависимости от штата. Это тоже, наверное, возможный путь и для нашей страны. Но я пока не предлагаю каких-то окончательных решений. Но что очень важно, чтобы ответственность за продажу алкоголя лицам, которые не имеют права его приобретать, была жёсткой и неотвратимой. Мы за последнее время увеличили санкцию за продажу алкоголя несовершеннолетним. Как мне докладывают, в ряде регионов это приносит свои плоды: продавцы стали бояться продавать бутылки со спиртным. Потому что некоторое время назад это происходило абсолютно безбоязненно. Подходит такой совсем молодой гражданин, и ему добрая тётенька с лёгкостью отдаёт бутылку и даже не спрашивает не то что паспорта, вообще ничего не спрашивает. Вот этому должен быть поставлен заслон. Скажем прямо: те, кто продаёт алкоголь несовершеннолетним, они должны сидеть в тюрьме. Только таким образом это можно запретить. А в 18 или в 21 – это выбор законодателя. Можно и так и так, на мой взгляд, это не самое главное. Хотя у меня никаких радикальных возражений против 21 года нет, естественно.

В.Павлов: Секретарь Бурятского регионального отделения партии Владимир Анатольевич Павлов. Как известно, политическая борьба значительно обострилась, и нашим партийцам, кандидатам необходимы новые навыки, опыт, для того чтобы побеждать и решать задачи партии. В Бурятском региональном отделении у нас создана и работает система партийной учёбы, учёбы наших партийцев, подготовки кандидатов. Но нам не хватает опыта общения, перенимания опыта другими регионами. Поэтому мы предлагаем создать Байкальскую межрегиональную партийную школу в Сибирском федеральном округе. И хотели бы, чтобы Вы нас поддержали.

Д.Медведев: Владимир Анатольевич, поддерживаю.

Коллеги, обращаюсь ко всем, кто, надеюсь, меня слышит в регионах. И обращаюсь ко всем тем, кто присутствует в этом зале. Мы с вами действительно начинаем хорошее дело. Главное его не заформализовать, не превратить в очередную бюрократическую игрушку. Главное, чтобы люди, которые будут выступать в нашем Гражданском университете, были действительно зрелыми, подготовленными, толковыми и интересными. Я даже по опыту нашего общения вижу, что всегда есть набор вопросов, которые хочется друг другу задать. Наборы этих вопросов могут быть разные, но, как правило, это острые вопросы. И мне кажется, что если мы работу нашего университета построим именно по такому принципу, чтобы ничего не лакировать, чтобы задавать вопрос в той форме, в которой хочется его задать, чтобы говорить о том, что волнует и в экономике, и в социальной сфере, и внутри партии… Знаете, мне кажется, что нам этого стесняться нечего, партия только выиграет от этого, если мы в рамках нашего университета будем обсуждать абсолютно разные вопросы развития нашей с вами общей политической жизни. Поэтому я хотел бы дать добрый старт нашему университету.

Надеюсь, что люди за этим главным круглым столом – но не только за главным, и за другими круглыми частями нашего с вами зала, – в этом университете будут выступать. Давайте вот о чём договоримся. Я обращаюсь ко всем коллегам и из генерального совета, из высшего совета, вообще ко всем руководителям и активистам партии: я очень рассчитываю на то, что в рамках Гражданского университета каждый из вас прочтёт хотя бы одну лекцию, и не обязательно на верхнем уровне. На мой взгляд, гораздо интереснее, если совсем по-честному, читать лекции в регионах, потому что в регионах и внимания будет больше (мы-то с вами друг друга часто слышим, видим), и вопросы бывают подчас очень неожиданными.

Ну и наконец – я сегодня с этого начинал и считаю, что это абсолютно важно, – прямой контакт с нашими людьми, нашими избирателями, с людьми, которые каждый день сталкиваются с огромным количеством проблем, трудностей и которые способны в очень точной манере рассказать обо всём этом нам с вами.

Ещё одно пожелание – быть энергичными, жёсткими, последовательными и в то же время корректными. Только это способно придать нашей партии необходимую гибкость и позволить нам преодолевать массу проблем, которые нам ещё с вами предстоит пережить и в этом году. Так что рассчитываю на совместную работу в рамках нашего с вами Гражданского университета. До встречи!

Ссылка для блогов